Семьдесят лет назад… Письма двух ленинградцев 1941–1942 гг.

За прошедшие годы было опубликовано уже столько дневников, мемуаров, устных рассказов, писем и, наконец, исследований, что о блокаде Ленинграда известно как будто бы все. Вместе с тем, в общей картине продолжает открываться множество деталей, характеризующих не только условия жизни, но и менталитет, и нравственные качества тех, из которых сложилось позднее особое сообщество — «блокадники». Проходит время, и с каждым новым свидетельством все более объемным становится многоликий портрет ленинградца — жителя осажденного города. Все более глубоким становится понимание тех нравственных законов — порой жестоких, порой милосердных,— по которым складывались отношения людей в экстремальных условиях блокады. Честно, бескомпромиссно прослежены они в книге В. С. Ярова «Блокадная этика. Представления о морали в Ленинграде в 1941‒1942 гг.» Давая общую оценку огромному количеству проанализированных материалов, автор книги подчеркивает, что в них «отмечалось прежде всего то, что обратило на себя внимание необычностью и драматизмом… Спокойствия рутинных записей, оттеняющих незначительные детали мы здесь почти не встретим». Публикуемые ниже письма — история блокадной жизни двух научных работников Г. А. Рудина и А. А. Добрускина — примечательны как раз именно «спокойствием» записей. Г. А. Рудин и А. А. Добрускин были специалистами разного профиля и людьми разного склада. В блокадные месяцы их сблизило сохраненное обоими чувство собственного достоинства, уменье не опускаться, и, придерживаясь по возможности привычных цивилизованных навыков жизни, заниматься насущными делами. Для одного из них — это была забота о помощи эвакуированной семье, для другого — напряженная работа над учебником и докторской диссертацией. Обеим столь непохожим задачам отдавалось время и тающие силы. История этой повседневной, внешне не героической жизни, покоящейся на вере в конечную победу и составляет еще два, не совсем обычных, пожалуй, рассказа о блокаде.