Описание
Заключение эксперта, будучи одним из ключевых доказательств, в ряде случаев является решающим, определяющим исход дела. Суд, не имея специальных познаний в сфере, относящейся к компетенции эксперта, вынужден полагаться на выводы последнего и не в состоянии проверить их обоснованность и достоверность, равно как и научную состоятельность использованных экспертом методов и методик исследования, тем более что эти методики не имеют четкого юридического статуса, а многие из них предназначены только для служебного пользования. Проверка компетенции эксперта носит формальный характер, а в качестве главного доказательства объективности и независимости эксперта рассматривается факт предупреждения его об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Правоохранительными органами выстроена система ведомственной экспертизы, которая «обслуживает» интересы следствия и которую называют «подпогонной», имея в виду, что судебно-экспертные организации и подразделения силовых ведомств встроены в военизированные следственные органы и подчинены последним.
Действующий закон «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» был принят более 20 лет назад и, как показывает практика, обозначенные проблемы не решил. В 2013 г. Правительством РФ в Государственную Думу был внесен проект Федерального закона «О судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», который в том же году был принят в первом чтении и с тех пор уже 9 лет продолжает дорабатываться. Данный законопроект вызывает острые дискуссии, в том числе в том, что касается его концептуальных положений. Что надо было бы сделать, чтобы обеспечить возможность проверки достоверности и научной обоснованности выводов эксперта, исключить привлечение в качестве экспертов «случайных» людей, избежать при назначении экспертизы конфликта интересов? Эти и другие вопросы рассматриваются в предлагаемой вниманию читателей работе, которая основывается, главным образом, на судебной практике, которая и позволяет выявить соответствующие проблемы.
