Синий цвет вечности

Лермонтов вскочил на скаку в седло первого поэта России след в след ушедшему Пушкину. Такое редко бывало в истории литературы, а может, не бывало никогда. От Пушкина осталось семьсот восемьдесят шесть писем к разным лицам, за 37 лет (не считая тех, что лишь приписываются ему). От Лермонтова всего 54 письма, среди которых короткие записки, вроде просьбы к кому-то одолжить пса для случки… Он старался не писать серьезных писем и в письмах всячески скрывал себя. Он нигде не высказался,- напротив, как-то странно пытался промолчать — о литературе. В сущности, исключая лишь стихотворение Смерть поэта. Но тут и случай был особый — гибель Пушкина. (Вообще, связь его жизни с судьбой Пушкина так же удивляет своей тайнописью и почти инфернальной близостью.) Нет, он выдвинул один тезис литературный, наверное, самый важный, хотя и спорный: История души человеческой, хотя бы и самой мелкой души, едва ли не любопытней и не полезнее истории целого народа, — это ко второму изданию Героя нашего времени. С этим и сегодня согласятся не все.